Я промолчал. Не люблю, когда со мной знакомятся подобным образом и подобные типы.

– Что ж, я повторю свой вопрос, но несколько иначе, – понизил голос бледнолицый и с силой нажал кнопку на дистанционном пульте энергонаручников.

В тот же миг все мое тело пронзила чудовищная боль. Боль, названия и аналогов которой нет в естественных условиях, проникла во все клеточки моего многострадального организма. Что-то схожее с зубной болью и болью ломаемой коленной чашечки. При этом паралич сковал все мои конечности, и болевые волны-импульсы несколько раз пронзили тело. Весь этот кошмар длился считанные доли секунды. Все мое тело покрылось неприятным липким потом. Боль пропала так же внезапно, как и появилась. Я облегченно вздохнул. Еще немного такой пытки, и я бы, пожалуй, отправился в мир иной.

Бледная рожа приблизилась вплотную к моему : лицу и мерзко усмехнулась. – Что ж, продолжим наш приятный разговор, – сказал мой мучитель и многозначительно помахал пультом управления энергонаручников. – Чему обязан таким вниманием скромный экс-десантник Леон Джаггер? – спросил я, с трудом приходя в себя после пытки энергонаручниками.

– Здесь вопросы задаю я, – бледное лицо едва не посинело от возмущения.

– Задавайте, – широким жестом разрешил я.

– Итак, повторяю. Вы тот самый Леон Джаггер, который во время военной операции на Ирокзане попал в плен к Терам и спустя год бежал?

Белое ирокзанское солнце нещадно палило, раскаляя камни и песок вокруг нас. Мы, тридцать космодесантников из элитной дивизии "Непобедимых", были обречены. Нас предали или, выражаясь языком большой политики, принесли – в жертву "высшим интересам".

Так иногда бывает. Тебя, крепкого парня в военной форме, и еще двадцать девять таких же, как ты хорошо, обученных десантников, высаживают на планету Ирокзан, находящуюся под юрисдикцией теров, с благородной миссией освобождения заложников, информация о которых поступила из ФРУ – Федерального Разведывательного Управления.